fat_yankey | Высокое искусство кройки тришкина кафтана...

... и скрéбли по сусекам.

Лет 15 назад Ричард Овери написал книжку "Why the Allies Won". Там он обращает внимание на то, что победа союзников в войне 1939-1945 гг. не была предопределена. Они могли и проиграть. Люди в это не очень верят, и обычно указывают на колоссальное ресурсное превосхоство Объединённых наций над Осью. Но ресурсы, как омечает коллега

naval_manual это всего лишь потенциал. Который ещё неизвестно успеет ли актуализоваться до окончания войны. Собственно, на этой простой мысли основан такой известный гопницкий приём, как sucker-punch. Овери полагает, что судьба войны решилась в 1942-43. В 1944 всем уже всё было ясно, но в 1941 (да даже и в 1942) - отнюдь.

Мне бы хотелось зайти с другой стороны. Отчего немцы не выиграли в 1941-42? Понятно, что успех восточной кампании в 1941, делал положение Англии критичным, а вступление Америки в войну менее вероятным. Но победа на востоке даже и в 1942 почти лишала Объединённые нации возможности добиться хотя бы победы, не говоря уже о безоговорочной капитуляции противников.

Решение идти войной на СССР в этом свете выглядит вполне рациональным. При этом мы видим, что на оперативном и тактическом уровне немцы уверенно добиваются успехов в столкновении с советскими войсками и в 1941, и в 1942 (не без исключений, конечно, но ан масс). А победы не добились. Это даёт основания предположить, что хунд, так сказать, беграбен где-то на более высоких уровнях.

Замысел кампаний как в 1941 (директива №21), так и в 1942 (директива №41) состоял в том, чтобы глубокими ударами разгромить и частью уничтожить противостоящие войска русских, расчистив тем самым путь к главным жизненным центрам СССР; в ходе преследования занять эти самые центры и тем лишить русских возможности (или, для кампании 1942 года, - серьёзно её подорвать) продолжать сопротивление.

Можно заметить, что первую часть замысла немцам вполне удалось реализовать как в 1941 так и в 1942. Замысел был неплох и в части целей - занятие намеченных жизненных центров в намеченные сроки нанесло бы серьёзный, а то и смертельный удар по способности русских вести войну. Провал случился в середине - немцам не удалось перевести ни ту, ни другую операцию в фазу преследования. А это в свою очередь приводило к тому, что во-первых, наступление было остановлено западнее намеченных рубежей, а во-вторых русские успевали эвакуировать ресурсы из тех районов, которые удержать не удавалось.

Отчего же перевод операции в фазу преследования у немцев не выходил? А от того, что в тылу, за только что разбитыми советскими войсками, сквозь туман войны проступали новые.

Переправившиеся через Березину танковые группы Гудериана и Гота, встретили на рубеже Днепра армии "второго стратегического эшелона". Покончив в ходе Смоленского сражения с этими армиями, они натолкнулись на армии Резервного фронта. За ними маячил Ржевско-Вяземский оборонительный рубеж, а за ним - Можайская линия обороны. 1 октября 1941, перед самым началом "Тайфуна", 70 из 210 советских стрелковых дивизий державших фронт, были сформированы уже после начала войны. А между 40-м и 45-м меридианами заканчивали формирование 10 резервных армий, в 50 стрелковых дивизий.

Подобным же образом дело обстояло и в 1942. Когда немцы начинали операцию "Блау", изысканную по замыслу и по форме, у Сталина от Вологды до Сталинграда заканчивали формирование 8 резервных армий, которые стали базой для создания Воронежского и Сталинградского фронтов. А когда группа армий "А" уничтожив 16 дивизий Южного и Северо-Кавказского фронтов вышла к Кавказу, она нашла там 20 свежих дивизий Закавказского фронта.

Заметим, что манёвр советскими резервами в основном проводился не переброской войск с других участков фронта, а подачей свежесформированных дивизий из из глубины. Не знаю, насколько это было сознательным решением, но для армии уступающей противнику по качеству и манёвренным возможностям, это, видимо, единственный шанс справиться с блицкригом.

Решения стратегического уровня - планирование кампаний и распределение усилий по стратегическим направлениям вырабатывались Ставкой и её рабочим органом - Генеральным штабом. Но решения по строительству армии, в том числе и по формированию стратегических резервов, относились уже к епархии большой стратегии и принимались более высокопоставленным органом - Государственным комитетом обороны. Именно решения принятые на этом уровне спасли СССР от поражения как в 1941, так и в 1942.

Эрцгерцог Карл как-то писал: тактические ошибки могут явиться помехой осуществлению [стратегических планов], быть может, даже повести к их полному извращению; однако чаще стратегические планы окажутся в силах исправить ущерб, обусловленный тактическими промахами, позднее Керсновский обернул это в более симметричную формулу: Хорошая Стратегия всегда исправит посредственную Тактику — тогда как искусство и героизм ротных командиров никогда не выправят промахов Главнокомандующего. На этом примере, мы видим как решения принятые на уровне большой стратегии, исправляют посредственную стратегию, оперативное искусство и тактику. Советские генералы теряли войска даже не армиями, а целыми фронтами - только в 1941 было полностью уничтожено, с исключением из списков, более 70 дивизий. Но это исправлялось решениями более высокого уровня.

Основой решений была рачительность.

Предвоенные планы не предусматривали формирований новых соединений по мобилизации. Предполагалось, что все нужные для войны соединения уже существуют в мирное время. С началом войны их нужно будет только развернуть до штатов военного времени, и дялее пополнять по ходу войны. Однако, ещё в июне, до созданию ГОКО встал вопрос - нельзя ли как нибудь с пользой использовать пограничников, отводимых с западной границы? Чтоб добро не пропадало, решили их использовать как кадр для формирования 15 новых дивизий. Эти дивизии вступили в бой уже в июле.

Следующее добро, которому нужно было не дать пропасть, были дополнительные призывные контингенты в западных округах. По мобилизации ведь подняли запасников до 35 лет. А оставались ещё вполне годные мужики возрастом от 36 до 50. И остававлись они на территориях, которые явно терялись. В итоге, было принято решение поднять в западных округах (приграничных, плюс Харьковский и Московский) всех мужчин-запасников до 45 лет (а в прифронтовых зонах - и до 50) и призывников 1922-23 годов рождения. Их всех приказывалось обратить на формирование 50 новых стрелковых дивизий. Кроме того, четыре дивизии предписывалось сформировать в Среднеазиатском округе из мужчин, свободных от приписки и две дивизии в Уральском округе за счёт остатков поднятых по мобилизации, но не отправленных в части. Итого 56. Первые дивизии должны были быть готовы к 24 июля, последние - к 20 августа. Решения ГОКО были оформлены в постановления за нумерами 41сс от 6 июля, 48сс от 8 июля и 207сс от 19 июля. В этой волне, например, была сформирована знаменитая "панфиловская" дивизия номер 316.

15 дивизий с кадром из пограничников и 56 дивизий сформированых по июльским постановлениям ГОКО позволили восстановить фронт к сентябрю. На 1 сентября они составляли треть всех дивизий на фронте.

Московские и Ленинградские дивизии народного ополчения формировались по партийной инициативе с мест, хотя ГОКО и оформило московские своим распоряжением. Дивизии народного ополчения первой волны, числом почти 25 штук, были переданы в действующую армию в конце сентября 1941.

Следующая большая волна формирований была заложена постановлением ГОКО 459сс от 11 августа. По этому постановлению было принято решение сформировать 85 стрелковых дивизий со сроками готовности в диапазоне от середины сентября до середины декабря. На укомплектование пошли призывники 1922 года рождения и 600 тыс. разбронированных запасников - на этот момент бронью пользовались 3,6 миллиона человек по разным наркоматам, из них только железнодорожников было миллион. Например, на Донбассе 40 тысяч разбронированных шахтёров отправились на укомплектование четырёх шахтёрских дивизий.

Дивизии этой волны были в основном использованы в контрнаступлении зимы-весны 1942 года.

Для новых формирований нужно было не только как-то найти людей. Этих людей требовалось одеть, вооружить и кормить. Про то, как это решалось - в следующих постах. Но если оружия не было, людям давали лопаты. В октябре нужно было срочно выводить людей из оставляемых немцам западных областей. Уже традиционно призвали всех до 45 лет, но оружия на всех было не напастись. Поэтому 300 тыс. наименее пригодных к строевой службе обратили на укомплектование формируемых десяти сапёрных армий, с 5% вооружением. Армии использовались для строительства рубежей обороны восточнее Москвы (да, с потерею Москвы Россию терять не собирались). Позднее, когда оружие стало появляться, народ из сапёрных армий начали передавать на укомплектование боевых частей.

Дивизии до готовности доводить было относительно долго. Чтобы получить соединения годные к использованию как можно быстрее, ГОКО распорядился формировать бригады, чуть менее пол-дивизии каждая (бригады формировались по 4,5 тыс. человек, дивизии - по 10,6 тыс.). Постановлением ГОКО 796сс от 14 октября предписывалось сформировать 50 стрелковых бригад, а через четыре дня (постановление 810сс) методом скребли по сусекам (35 тысяч моряков, да 40 тысяч выздоравливающих, да 25 тысяч разбронированных, да 10 тысяч коммунистов-добровольцев) нашли людей ещё для 25.

Однако, потери в ходе Ржевско-Вяземской оборонительной операции потребовали перехода к перекройке тришкина кафтана. Постановлениями ГОКО 935сс (22 ноября), 966сс (26 ноября) и 1101сс (4 января) оформили решение сформировать ещё 70 дивизий и 50 бригад со сроками готовности к марту 1942. Людей для укомплектования этих дивизий предлагалось добыть за счёт сокращения штатов, то есть в конечном итоге перераспределения солдат из тыловых частей в боевые.

Дивизии этой волны составили основу резервных армий, пошедших под Сталинград.

В ноябре же была сделана попытка как-то использовать ресурс так называемых "националов" - среднеазиатских призывников не особо хорошо владеющих русским. Постановлением ГОКО 894сс от 13 ноября началось формирование 20 национальных кавдивизий и 15 национальных кавбригад. Идея позднее была признана неудачной. Целиком среднеазиатские формирования оказались малобоеспособными, в итоге было решено перейти к добавлению "националов" к славянским частям.

Последняя большая волна формирований (50 стрелковых дивизий и 100 бригад) была заложена постановлением ГОКО 1229сс от 1 февраля 1942 года. Первые дивизии этой должны были быть готовы к середине июня 1942, а завершить формирование всех 50 планировалось к началу октября. На укомплектование бригад предполагалось использовать 300 тысяч курсантов, для дивизий планировалось использовать часть призыва 1923 года рождения, выздоравливающих раненых, коммунистов-добровольцев по партмобилизации и личный состав расформируемых сапёрных армий.

Эта волна, однако, не была доформирована до конца. Весной 1942 было решено, что чем формировать новые дивизии, лучше пополнять старые, отводимые с фронта (постановление ГОКО 1457сс от 16 марта 1942). Ну и развёртывать бригады в полноценные дивизии.

Решения о формировании в 1941 четырёх волн, общим числом в 230 дивизий и 125 бригад, то есть почти 300 расчётных дивизий, позволили несколько раз восстанавливать фронт после его катастрофического обрушения, и не допустить перерастания военной катастрофы в полное поражение страны.

Как нас учит Сунь Цзы (или его переводчики) в древности тот, кто хорошо сражался, прежде всего делал себя непобедимым и в таком состоянии выжидал, когда можно будет победить противника (昔之善戰者先爲不可勝以待敵之可勝).

Вот именно это мы и наблюдаем.

Flat | Top-Level Comments Only

From:

naval-manual.livejournal.com

Спасибо! То есть Вы всё-таки решил найти те самые "решения Сталина")

From:

gaivor.livejournal.com

Хорошо Сталину при таком то мобресурсе. Вон, французы тоже пытались — с 15 мая до 10 июня 1940 умудрились сформировать 19 новых дивизий взамен потерянных в дюнкерском котле. Но "решения Рейно" не сработали по очевиднйо причине — у них 40 млн. человек на всю Францию, а у нас только мобресурс ок. 40 млн.

Pro нас только contra

Высокое искусство кройки тришкина кафтана...