Книга бревна

Непонятно, как дальше пойдёт жизнь в ЖЖ. На всякий случай я создал бэкап на Дриме: https://fat-yankey.dreamwidth.org/

В принципе есть ещё фейсбучек - https://www.facebook.com/igor.kurtukov.2025/ , но там другой формат и тематика.

По поводу обидного щелчка по носу Путину прямо перед очередным раундом иммитации переговоров все уже высказались (примерно теми словами, что в заголовке). Выскажусь и я. Коротенько, ибо весь по уши в переезде.

В анналы оно конечно войдёт. Апплодисменты заслужены. Одновременное нанесение удара на столь удалённых точках, с единственным провалом - это высший класс координации.

Но нужно держать в уме, что это операция не войсковая, а специальная. Путин эти слова с февраля 2022 намеренно путает, но нам ведь такого не нужно? Специальная операция отличается от войсковой неповторимостью и немасштабируемостью. Вот люди рассуждают в духе "если бы фур с дронами было не четыре, а например 10, они могли бы уничтожить стратегическую авиацию РФ ЦЕЛИКОМ". Но так не бывает. Фур было столько, сколько можно, больше не выйдет. Нельзя завести десять Принов в Скапа Флоу и утопить весь английский флот. Только одного. Нельзя каждый месяц посылать в Скапа Флоу по Прину. Только один раз. Причём нередко даже этот единственный раз нужно готовить очень долго.

Достаточно близко к специальным стоят такие операции как британский Chastise, или итальянская Operazione EA 3. Неповторимо и немасштабируемо.

Я предпoлагаю, что переводы твитов президента Зеленского с украинского на английский делает не он сам. Английский его твитов явно получше, чем его устный английский. Полагаю, однако, что перевод там автоматический. Пропускают через гугл-транслятор, потом вручную артикли удаляют, чтоб смотрелось чуток корявее. Вот его твит про встречу с Трампом перед похоронами папы Франциска:



Обратите внимание, на фразу "very symbolic meeting". Есть разница между "символичный" и "символический", и symbolic - это второе. "Символический жест", не имеющий реального содержания. Чтобы сказать "очень символичная" (а президент Зеленский скорее всего имел ввиду именно это, по крайней мере по украински это звучит как "дуже символічна зустріч") нужно как-то ввернуть "great symbolism". Но гугл-транслятор этой разницы не понимает. Он переводит именно как переведeно у Зеленского - a very symbolic meeting that has the potential to become historic

Под прошлым постингом, который "Душераздирающее зрелище" мне оставили такой коммент: "Да, даже удивительно — человек не прогнувшийся перед шедшими на столицу танковыми колоннами, решил не прогибаться перед сертифицированным хамлом и звиздоболом. Кто б мог подумать". Нельзя не согласиться, что такое несгибаемое поведение лидера нации весьма способствует подъёму национального духа. Мобилизует нацию на отпор врагу. "Мне нужны снаряды, а не эвакуация" сказанное Зеленским в первый день вторжения равновелико сталинскому решению остаться в Москве в 1941 году. Война, как нас учит Клаузевиц, ведётся прежде всего против воли противника. И подобные жесты крепят волю на национальном уровне.

Только вот Америка Украине не враг. Она на Украину не вторгалась. Американские танковые колонны на Киев не идут. Напротив, Америка давала порядка трети военных материалов, помогавших Украине не прогибаться перед Путиным. Сплачивать против Америки нацию, демонстрируя несгибаемость, наверное, не надо.

Можно, конечно, отправиться в Вашингтон ДиСи и там показательно не прогнуться на камеры, но каков будет результат? Результат, как видим, такой, что прогибаться всё равно приходится, но только уже в худших условиях.



Тем более, что какой-то унизительной гибкости позвоночника от Зеленского не требовалось. Дотаточно было просто побольше помалкивать. Вспомним, что до того как отправиться в Белый дом, Зеленский посетил республиканского сенатора Линдси Грэма, давнего симпатизанта Украины, а также встретился с конгрессменами-демократами. Грэм потом рассказывал, что настоятельно советовал Зеленскому помалкивать, подписать что нужно, и, во имя всего святого, не вступать в споры с Трампом. Что советовали демократы - неизвестно, но в своих твиттерах своих они написали: "Just finished a meeting with President Zelensky here in Washington. He confirmed that the Ukrainian people will not support a fake peace agreement where Putin gets everything he wants and there are no security arrangements for Ukraine". То есть, наверное, советовали не прогибаться.

Чьему совету следовало последовать Зеленскому?

PS. Видимо к написанию привлекли кого-то знающего английский, впечатление уже гораздо лучше, чем устный английский Зеленского, с его "I will wear a costume". Но всё-таки "in any time" вместо "at any time" или даже просто "anytime", грубоватый ляп для профессионального переводчика.

Отечественная военно-патриотическая история (как уже много раз упоминалось) стоит на двух ведомственных китах: военном и промышленном. Киты эти, прямо как головы российского гербового орла, тянут в разные стороны. Военные рассказывают, как им удавалось бить супостата, располагая лишь пригоршней устаревшего оружия. С ними спорят промышленники - советские конструкторы и индустрия дали армии самые передовые, самые совершенные образцы оружия в мире. "Наши" изобретатели первенствовали по всем фронтам.

Среди "рассказов о русском первенстве", одно из почётных мест занимает туполевский двухмоторник АНТ-4, он же ТБ-1. Опередивший своё время.

Вот дифирамбы ему авторства Шаврова:



Вот про "русский прорыв" пишут Ригмант с Котельниковым:



Круто, да. But let's not start sucking each other dicks quite yet.

Был ли ТБ-1 чем-нибудь лучше тех самых "громозких бипланов"? Ведь те или иные конструктивные решения выбираются не только для того, чтобы потешить жажду творчества у главного конструктора (хоть это и важный фактор). Самолёт должен дело делать, выполнять задачи. В частности, бомбардировщик должен уметь дотащить определённый груз бомб на определённую глубину, при этом лететь не очень медленно и не очень низко. Дополнительными достоинствами будут дешевизна производства и эксплуатации. Долговечность тоже хорошо, но в те годы, когда самолёт полностью устаревал лет за пять-семь, это не было самым уж приоритетом.

Если мы говорим об аэродинамической схеме, то её выбор может позволить, например, уменьшить лобовое сопротивление; то, что англоязычные называют коротким словом drag. Это может проявится в том, что при моторах той же мощности, самолёт сможет развить большую скорость. Или наоборот, для достижения той же скорости можно обойтись моторами меньшей мощности и тем удешевить эксплуатацию - меньше расход горючего, сами моторы дешевле - а моторы тогда тоже были расходным материалом, их нужно было отправлять на капремонт через 60-100 часов работы.

Лобовое сопротивление пропорционально характерной площади и квадрату скорости. Понятно, что у биплана крыла два, то есть площадь большая, да ещё все эти расчалки, которые за воздух цепляются, увеличивая коэффициент пропорциональности. Можно расчитывать, что переход к моноланной схеме даст нам выигрыш, уменьшит лобовое сопротивление.

Случилось ли это для ТБ-1? Давайте сравним ТБ-1 с его современником. "громоздким бипланом" Хендли Пейдж "Хинаиди". Оба пошли в войска в 1929.

Если мы возьмём данные серийного ТБ-1 с заводским серийным номером 632 (первый самолёт имел номер 602, с номера 631 ставили слегка более мощные моторы), то на нём стояло два немецких двигателя BMW-VI (позднее появляется их отечественный клон - М-17), каждый развивал максимальную мощность 680 л.с. Самолёт имел пустой вес (то есть без экипажа, топлива, боеприпасов к пулемётам, бомб) 4429 кг, а взлётный вес - 6717 кг. Значит полезной нагрузки (бомб, топлива и т.п.) он мог поднять 2288 кг. Взлетев с таким весом он мог пролететь 1000 км с 730 кг бомб на борту, развивая максимальную скорость 206 км/ч.

"Хинаиди" весил поменьше - 3647 кг пустой и 6532 кг взлётный. Выходит, полезной нагрузки брал больше - 2885 кг. На нём стояли в полтора раза менее мощные моторы (Бристоль "Юпитер", по 450 л.с.). Запас топлива позволял лететь на 1370 километров с 657 кг бомб. Он мог развивать максимальную скорость 198 км/ч.

Так как дальность полёта взаимозаменяема с бомбонагрузкой (берёшь меньше топлива, можешь взять больше бомб) то в этом отношении "Хинаиди" и ТБ-1 имеют примерно одинаковые возможности. А как по скорости? Как сравнить? Моторы-то разные. К счастью, у нас есть ответ. На предсерийные прототипы ТБ-1 ставили двигатели ровно той же мощности, что и на "Хинаиди" - 450 л.с. С этими двигателями, при взлётном весе 6200 кг, без установленного оборонительного вооружения, ТБ-1 смог развить 196,5 км/ч. Чуток меньше, чем "Хинаиди".

То есть переход к схеме свободнонесущего моноплана не дал абсолютно никакого практического выигрыша по сравнению с "громоздким бипланом".

Если же взять "менее громоздкий" биплан - американский Keystone B-4A, который пошёл в войска через год после ТБ-1 и "Хинаиди", то он по всем параметрам у ТБ-1 выигрывает. Он несёт столько же полезной нагрузки (2268 кг), но может лететь на 1400 км с 1100 кг бомб. И развивает большую максимальную скорость 210 км/ч, при меньшей мощности двигателей (по 580 л.с. каждый).

Да что американцы! Как раз в это время Поликарпов делал свой тяжёлый бомбардировщик ТБ-2. И делал он его тоже бипланом. При тех же двигателях, что и ТБ-1, поликарповский биплан нёс 2550 кг полезной нагрузки, летел на 1200 км, и развивал скорость 216 км/ч. То есть, превосходил ТБ-1 по всем основным параметрам.

Отчего же так? Основное лобовое сопротивление даёт крыло. Даёт оно его пропорционально площади. А площадь крыла у ТБ-1 не так чтоб сильно меньше, чем у "Хинаиди" - 120 квадратных метров против 137. А у американскогобиплана B-4A площадь двух крыльев так даже на 20% меньше, чем одного крыла ТБ-1 - 106 квадратных метров.

А как же все эти цепляющиеся за воздух расчалки, спросите вы? А у ТБ-1 было чему поцепляться за воздух, отвечу я. Нужную прочность гладкой дюралевой обшивки обеспечивать не умели, поэтому Гуго Юнкерс придумал использовать гофрированную обшику, и разработал технологию гофрирования дюралевых листов. Прочность это давало, но резко увеличивало площадь "смачиваемой" поверхности. То есть опять-таки приводило к росту коэффициента лобового сопротивления.

Чтобы монопланная схема давала выигрыш, нужно всё это устранить. Можно посмотреть, например, на Боинг Y1B-9A, который пошёл в войска в 1932. Цельнометаллический моноплан с гладкой дюралевой обшивкой и убирающимися шасси. Площадь крыла на треть меньше, чем у ТБ-1 - 88,6 квадратных метров. На нём стояла пара "Хорнет-Б" от Пратт-Уитни, по 610 л.с. каждый. При этом он нёс 2439 кг полезной нагрузки, мог лететь на 870 километров с тонной бомб. Однако, максимальная скорость была уже 303 км/ч. По скорости, тут правда, слегка "яблоки с апельсинами". "Хорнет Б" имел приводной нагнетатель, и поэтому максимальная мощность развивалась на высоте 1800 м. У земли скорость была меньше. На других, здесь упомянутых, машинах двигатели нагнетателей не имели, поэтом максимальную скорость они развивали у земли. Боинг у земли должен был давать что-то около 260-270 км/ч. Всё равно разница заметна.

Иначе говоря, применённая на ТБ-1 схема "опередила своё время". Во время разработки ТБ-1 она никакого выигрыша по сравнению с традиционными схемами не давала. Первым двухмоторным бомбардировщиком действительно получившим заметный выигрыш от перехода к схеме свободнонесущего моноплана стал Боинг YB-9.

Но может быть сама схема была доселе невиданой, и американцы, и все прочие научились у Туполева как правильно и стали копировать, добавив нужных технических решений? Взяли ТБ-1 за прототип, как пишет об этом Шавров?

Тоже мне кажется сомнительным. Основу схемы - цельнометаллический свободнонесущий моноплан, - профессор Юнкерс использовал с 1918 года. Многомоторная схема у Юнкерса появилась в 1923, на трёхмоторном пассажирском G.23. С Юнкерсом СССР активно сотрудничал, пытался наладить рпоизводство его самолётов в Филях. Собственно, у Юнкерса Туполев и почерпнул ряд идей, включая использование гофрированного дюраля. Единственное отличие схемы ТБ-1 Туполева от схемы G.23 Юнкерса в том, что у Юнкерса трёхмоторник (что лучше подходит для пассажирского самолёта), а у Туполева - двухмоторник, что целесообразнее для бомбардировщика - освобождает нос для работы бомбардира. Но это решение представляется слишком очевидным, чтобы на него упирать. У того же Юнкерса в 1924 был проект двухмоторного бомбардировщика Ju 25, который он начал разрабатывать по советскому заказу, но не довёл до завершения ввиду потери интереса у заказчика.

В общем, наврядли Боинг или Мартин использовали ТБ-1 как вдохновение для своих (действительно революционных) YB-9 и B-10.

Всё это я говорю отнюдь не в хулу туполевцам. Им можно только поапплодировать - не имея опыта проектирования и конструирования тяжёлых машин, да и вообще имея не так уж много опыта (это была для АНТ всего четвёртая машина), они в очень короткие сроки создали и подняли в воздух весьма приличный и во многом оригинальный самолёт. В не самой индустриально передовой стране, замечу. В общем, туполевцам - апплодисменты.

А вот то, что отечественные военно-патриотические историки вылепили из этой истории какого-то очередного Левшу, показавшего всему миру, как правильно чистить ружья кирпичом, конечно же достойно насмешки.

Как мы знаем, в конце сентября 1938 Британия предпочла не воевать, а пойти с Германией на соглашение. А всего через полгода, в конце марта 1939 Британия уже выдала гарантии Польше, делая столкновение с Германией практически неизбежным. Надежды на то, что угроза войны с Британией заставит Германию изменить курс, были довольно слабыми. Что же изменилось?

Для работы советского политического руководства характерно отсутствие фиксации аргументов. Аргументацию того или иного решения в документах заменяло слово "целесообразно". Британская управляющая машина напротив, оставила после себя множество протоколов дискуссий на высшем уровне, в Кабинете Его Величества. Поэтому мы знаем, что одним из важных аргументов в пользу умиротворения была военная слабость Британии. Причём конкретно, слабость британских ВВС. С точки зрения руководства ВВС, в 1938 году было крайне затруднительно защитить Британские острова против Люфтваффе. Насколько эта субъективная точка зрения соответствовала объективному положению вещей?

Начнём издалека. До 1934 года в Британии действовало "правило 10 лет" - военное строительство должно было исходить из того, что в ближайшие 10 лет Британия не будет втянута ни в какую большую войну. Ни в Европе, ни на Дальнем Востоке. В результате, в 1934 году Королевские ВВС подошли имея около 800 самолётов первой линии, из них около 500 в Метрополии. Германия к концу 1934 имела около 600 боевых самолётов и самолётов годных к конверсии в боевые. Но Мильх в 1933 заявил о планах выпуска более 1800 боевых и чуть менее 1800 учебных самолётов к концу 1935 года Предстояла гонка. Было маловероятно, что Германия сможет в обозримом будущем угрожать Британским островам с моря, но возникновения угрозы с воздуха было вполне реально.

Как же выглядели Британские ВВС в 1934? В ВВС Метрополии имели сорок две эскадрильи, тринадцать из них относились к резерву и т.н. вспомогательным ВВС, т.е. комплектующимся на территориально-милиционной основе. Кроме того, в оперативном подчинении флота было четыре эскадрильи летающих лодок, а в оперативном подчинении армии - пять эскадрилий разведчиков-бомбардировщиков Хаукер "Аудакс" (2, 4, 13, 16, 26). Заморские ВВС, в колониях и протекторатах, имели двадцать четыре эскадрильи.

ПВО Метрополии обеспечивали четырнадцать эскадрилий истребителей. Восемь из них были вооружены бипланами Бристоль "Бульдог" (3, 17, 19, 29, 32, 54, 56, 111), три бипланами Хаукер "Фьюри" (1, 25, 43) и три перевооружались двуместными бипланами Хаукер "Демон" (23, 41, 65). "Бульдог", поступивший на вооружение в 1929 году считался уже устаревшим. Он развивал скорость лишь 286 км/ч и не мог догнать даже современные ему лёгкие бомбардировщики (например Хаукер "Харт"). Хаукер "Фьюри" был более скоростной машиной - 360 км/ч, но был дорог в производстве, поэтому оставался в меньшинстве. Когда выяснилось, что бомбардировщик "Харт" обгоняет основной истребитель Королевских ВВС, появилась идея сделать на базе него двухместный истребитель. Так появился Хаукер "Демон".

Бомбардировщиков было тоже четырнадцать эскадрилий. Восемь эскадрилий (12, 15, 18, 35, 40, 57, 142, 207) лёгких бомбардировщиков-бипланов (Хаукер "Харт" и Фейри "Гордон"), одна эскадрилья (99) средних бомбардировщиков-бипланов Болтон-Пол "Сайдстрэнд", и пять эскадрилий (7, 9, 10, 58, 99) тяжёлых бомбардировщиков, в которых начали заменять ветеранские, служившие с 1924 года, бипланы Виккерс "Вирджиния" на устарервшие ещё до зачатия бипланы Хендли Пейдж "Хейфорд".

Заморские ВВС летали в основном на двухместных разведчиках-бомбардировщиках Вестланд "Уопити" (10 эскадрилий) и других похожих ("Харт", "Гордон" и предшественник "Гордона" - Фейри III - всего 7 эскадрилий). Кроме того в заморских ВВС были бомбардировщики-транспортники (две эскадрильи "Вирджиния") эскадрильи летающих лодок и торпедоносцев берегового базирования.

Тем временем, в авиации назрел "Dreadnought moment" - в 1931 году взлетел Боинг 214, будущий YB-9, в 1932 - Мартин 123, будущий B-10, а в 1933 ЦКБ-12, будущий И-16, и бипланы, а также монопланы с неубирающимся шасси, устарели практически в одночасье.

Вот примерно с такого старта началось перевооружение и расширение Королевских ВВС. С июля 1934 и по ноябрь 1938 Кабинет Министров принял одну за другой пять программ перевооружения ВВС представленых воздушным Министерством: Expansion Scheme A, C, F, L и M (пропущенны буквы для программ отвергнутых либо на стадии рассмотрения Кабинетом, либо на стадии разработки в Министерстве). Прямо перед Мюнхеном, по следам Аншлюсса, в апреле 1938, была принята программа L. Однако, до марта 1938 развитие ВВС определялось программой F, принятой в феврале 1936 и расчитаной на три года.

По этой программе ВВС Метрополии должны были вырасти втрое - с сорока двух до ста двадцати четырёх эскадрилий (более 1,700 самолётов первой линии); Заморские ВВС увеличивались на десять эскадрилий. Программа задавалал явный бомбардировочный крен. Если в 1934 эскадрилий истребителей и бомбардировщиков в ВВС Метрополии было примерно поровну, то по плану F к концу марта 1939 предполагалось иметь там 420 истребителей (30 эскадрилий) и 990 бомбардировщиков (68 эскадрилий). Однако, ударные силы мыслились в основном лёгкими - из шестидесяти восьми планируемых эскадрилий бомбардировщиков, тридцать семь должны были быть лёгкими (23 "Бэттл" и 14 "Бленхейм") и только двенадцать эскадрилий должны были быть вооружены тяжёлыми бомбардировщиками. Тип тяжёлого бомбардировщика был пока не определён. В 1936 былo только выданы техзадания на разработку скоростных тяжёлых бомбардировщиков - четырёхмоторного (B.12/36) и двухмоторного (P.13/36). Изготовленные по ним прототипы четырёхмоторника (Шорт "Стирлинг") и двухмоторника (Авро "Манчестер") взлетели только в 1939, а поступили в боевые части только в 1940.

С лёгкими бомбардировщиками дело обстояло лучше. Двухмоторный Бристоль "Бленхейм" летал с 1935, и начал поступать в части в 1937. Одномоторный Фейри "Бэттл" разрабатывался с 1933, поднялся в воздух в 1936 и поступил в части в 1937. В сентябре 1938, во время Мюнхенского кризиса, именно "Бленхейм" и "Бэттл" были самыми многочисленными типами современных бомбардировщиков Королевских ВВС.

С истребителями дело наоборот обстояло похуже. О перевооружении истребительных эскадрилий задумались ещё до принятия программ развития ВВС. Техзадание выпустили ещё в 1927 (F.20/27), но машины, представленные на конкурс в 1929, военных не удовлетворили. Однако, одна из машин, не попавших на конкурс, - фирмы Глостер - была позднее доработана и принята на вооружение как Глостер "Гонтлет", незадолго до принятия первой программы развития ВВС. Этими самолётами "промежуточно" перевооружили истребительные эскадрильи в 1935-36 годах.

"Готнлет" был примерным эквивалентом своего советского современника И-15, итальянского Fiat CR.32, и был даже получше немецкого Хейнкель 51, но все они были уже неадекватны против современных скоростных бомбардировщиков, которые полетели в 1934-35 годах. Чтобы уверенно перехватывать бомбардировщик, истребитель должен превосходить его в скорости как минимум на 15%. Чтобы уверенно перехватывать Хейнкель He-111B, который мог развивать 370 км/ч, нужен истребитель с максимальной скоростью 430 км/ч. Что и было прекрасно продемонстрированно в Испании, где ни И-15 (370 км/ч) ни даже И-15бис (380 км/ч), уверенного перехвата He-111B не обеспечивали. Эта задача была решена только с появлениям у республиканцев И-16 с М-25 (445 км/ч).

Современные истребители в Британии тоже создавались. В 1935 полетел прототип истребителя Хаукер "Харрикейн" (более 500 км/ч), а в 1936 - Супермарин "Спитфайр" (более 550 км/ч). Но на тот случай, если с развёртыванием массового производства современных истребителей возникнут трудности, британские военные решили подстраховаться, и заказали у фирмы Глостер улучшеный вариант "Гонтлета" - Глостер "Гладиатор" (400 км/ч).

Что же представляли из себя Истребительное Командование ВВС Метрополии во время Мюнхенского кризиса? К этому времени было развёрнуто уже двадцать пять эскадрилий истребителей. Четырнадцать из них были вооружены старыми бипланами - 8 "Гонтлет" (17, 32, 46, 66, 74, 79, 151, 213), 3 "Фьюри" (1, 43, 56) и 3 "Демон" (23, 29, 64). Пять имели новые, но уже устаревшие бипланы "Гладиатор" (3, 25, 54, 65, 72). Одна (19) находилась в процессе перевооружения с "Гонтлетов" на "Спитфайры". Две эскадрильи "Харрикейнов" (56, 111) были "ветеранскими" эскадрильями, формирования 20-х годов, и были полностью боеготвыми. Две (73, 87) были созданы в 1937, сперва летали на старых бипланах, потом получили "Гладиаторы", и только в первой половине 1938 пересели на "Харрикейны". Одна (85) была создана в июне 1938, сперва получила "Глaдиаторы", и в сентябре 1938 заканчивала перевооружение на "Харрикейны". Из расчёта 14 самолётов на эскадрилью это будет максимально 350 истребителей.

А что было с германской стороны? На 19 сентября 1938 в Люфтваффе было чуть больше 1000 готовых к вылету двухмоторных бомбардировщиков:

He 111 B      219    Ju 86 A/D     136    Do 17 E       271
He 111 E      141    Ju 86 E        35    Do 17 M        80
He 111 F       30    Ju 86 G        29
He 111 J       78
           ------               ------               ------
              468                  200                  351    Всего:      1,019

Наибольшую угрозу представляли He 111 - они обладали достаточным радиусом действия, несли больше тонны бомб, а их скорость позволяла им не опасаться большую часть английских истребителей. Модификации Е и старше могли развивать скорость более 410 км/ч, то есть больше чем все английские бипланы, а модификация B хотя и была медленнее "Гладиаторов", но ненамного, что делало перехват достаточно трудным. Основная модификация Ju 86 была медленной, и могла перехватываться всеми типами английских истребителей. То есть бомбардировщик был годен только для ночных налётов. Do 17 был лёгким бомбардировщиком и не мог быть эффективно использован для ударов по Британским островам.

Если теперь сравнить угрозу и защиту, то даже объективно, отражать налёты почти пятисот Хейнкелей максимум семьюдесятью истребителями современных типов было бы сложно. На это ещё накладывалось субъективное преувеличение потенциала Люфтваффе в штабе ВВС.

Имелись сложности в сентябре 1938 и с созданием контр-угрозы. В метрополии было пятьдесят семь бомбардировочных эскадрилий, 800 машин, если считать по 14 самолётов в эскадрилье. Но большинство, тридцать три эскадрильи, были лёгкими, предназначенными для тактического и оперативного взаимодействия с сухопутными войсками - шестнадцать эскадрилий "Бленхеймов" (21, 34, 44, 57, 61, 62, 82, 90, 101, 104, 107, 108, 110, 114, 139, 144) и семнадцать эскадрилий "Бэтлов" (12, 15, 35, 40, 52, 63, 88, 98, 103, 105, 106, 142, 150, 185, 207, 218, 228). Ещё три эскадрильи дожидались получения современной техники летая на бипланах Хаукер "Хинд" (развитие "Харта") (18, 50, 83). Ещё было три эскадрильи одномоторных Виккерс "Уэлсли" (76, 77, 148), которые считались средними. Одна эскадрилья была в процессе перевооружения на современные средние бомбардировщики Хэндли Пейдж "Хэмпден" (49). Шесть эскадрилий условно-тяжёлых бомбардировщиков всё ещё летали на бипланах "Хейфорд" (9, 97, 99, 102, 149, 166). Несмотря на устаревшесть, "Хейфорды" поступали в войска вплоть до 1936. Они могли использоваться только ночью. Ещё к ночным бомбардировщикам относились двухмоторники с неубирающимся шасси Фейри "Хендон" (одна эскадрилья, номер 38) и Хэндли Пейдж "Хэрроу" (пять эскадрилий - 37, 75, 115, 214, 215). На более современные ночные двухмоторные бомбардировщики Армстронг Уитворт "Уитли" успели перевооружить пять эскадрилий (7, 10, 51, 58, 78). То есть для нанесения чувствительных ударов днём, на сколь-нибудь заметную глубину не имелось ни одной укомплектованной эскадрильи.

Как изменилась ситуация к концу марта 1939, когда Британия решилась выдать гарантии Польше?

К этому моменту в регулярных ВВС Метрополии осталось всего одна эскадрилья на "Гладиаторах" (3) и одна на "Готнлетах" (17). Устаревшие машины были переданы в эскадрильи резерва и вспомогательные ВВС - там теперь стало три эскадрильи "Гладиаторов" (603, 605, 607) и три "Гонтлетов" (504, 602, 615). Основная масса регулярных истребительных эскадрилий ВВС Метрополии летала на современных самолётах - двенадцать на "Харрикейнах" (1, 32, 43, 46, 56, 73, 79, 85, 87, 111, 151, 213) и семь на "Спитфайрах" (18, 41, 54, 65, 66, 72, 74). Кроме того, четыре эскадрильи многоместных истребителей (23, 25, 29, 64) были перевооружены с "Демонов" на истребительную модификацию "Бленхейма". Использовались как тяжёлые и ночные истребители. Две эскадрильи "Демонов" (600, 601) прошли перевооружение на истребители-"Бленхеймы" и во вспомогательных ВВС. Кроме того, на "Харрикейны" перевооружили и одну эскадрилью резерва (501). Итого, в метрополии стало 34 истребительнэ эскадрильи, из них 26 на современных типах.

Улучшилось дело и с ударной авиацией. Количество регулярных эскадрилий не изменилось (пятьдесят семь), но качество - выросло. К апрелю 1939 в метрополии было четырнадцать эскадрилий уже перевооружённых или проходивших перевооружение на современные средние бомбардировщики - восемь "Хэмпден" (7, 44, 49, 50, 61, 76, 83, 144) и шесть "Веллингтон" (9, 38, 99, 115, 148, 149). Кроме того, эскадрильи лёгких "Бленхеймов" начали перевооружение на модификацию IV, с увеличенной дальностью. Такие эскадрильи можно уже было использовать для поражения объектов достаточно глубокого тыла. Например, именно их в 1940 подумывали использовать для удара по советским нефтепромыслам в Баку. Две эскадрильи (53, 101) уже завершили перевооружение и ещё одна (90) завершала. К сентабрю 1939 эту модификацию получат ещё пять эскадрилий. Плюс, в метрополии оставалось одинадцать регулярных эскадрилий "Бленхейм I" (21, 34, 57, 62, 82, 104, 107, 108, 110, 114, 139) и одна эскадрилья во вспомогательных ВВС (604). Количество эскадрилий ночных двухмоторных бомбардировщиков "Уитли" вросло с пяти до семи (10, 51, 58, 77, 78, 97, 102). Устревших бомбардировщиков осталось только пять эскадрилий из пятидесяти трёх - одна на бипланах "Хейфорд" (166), к сентябрю перевооружённая на "Уитли" и четыре на двухмоторных "Хэрроу" с неубирающимся шасси (37, 75, 214, 215), к сентябрю перевооружённые на "Веллингтоны".

В целом, если смотреть на боеспособность ВВС Метрополии оба решения (пойти на Мюнхенское соглашение в конце сентября 1938, и выдать гарантии Польше в апреле 1939) смотрятся логичными.

Воевать в октябре 1938 было бы сложно, поскольку обеспечить противовоздушную оборону Британских островов против современных бомбардировщиков Люфтваффе в это время реально было затруднительно. Не было и сколько-нибудь значительного флота средних и тяжёлых бомбардировщиков, способных создать контр-угрозу. Промышленность наращивала обороты, и перевооружение шло полным ходом, но конкретно в этот момент Штаб ВВС не чувствовал себя в силах вести воздушную войну против Германии.

Выдача гарантий Польше в марте 1939 не подразумевала немедленной войны. Политическое руководство считало возможным сдерживать Германию ещё некоторое время, и как мы знаем германскую агрессию удалось сдержать до сентября. Но даже уже на апрель 1939 ВВС Метрополии (как компонент ПВО, так и ударный) были неплохо укомплектованы современными самолётами, а авиапромышленность каждый месяц производила 800 самолётов всех типов, обеспечивая дальнейшее перевооружение эскадрилий первой линии и создание резерва самолётов.

Всё логично.

Вот у Аксельрода наткнулся на рассуждение по поводу сроков принятия решения о вторжении на Украину. Рассуждение такое - незадолго до начала "спецоперации", в августе 2019 года, мы видим кратное увеличение Фонда Национального Благосостояния, и второе такое же в апреле 2020 (на фоне борьбы с "уханькой" и колоссального падения цен на нефть, прошу заметить). С июля 2019 по май 2020 размеры фонда выросли более чем втрое, с четырёх до 13,5 триллионов рублей (с 60 до 160 миллиардов долларов). Это примерно полугодовой расход бюджета перед войной. Причём, хорошего объяснения такому росту нет. Не то, чтоб вдруг свалились какие-то лишние деньги, которые непонятно куда девать. Нет, было принято принципиальное решение увеличить резервирование средств. Зачем? Один из возможных ответов - в рамках подготовки к войне и сопровождающим её негативным экономическим процессам, прежде всего - дефициту бюджета.



Что говорит против такого объяснения?

1) Насколько мы можем судить, в военно-политическом руководстве РФ прогнозировали быстрое окончание войны. На это, конечно можно привести контр-возражение, что быстрого прекращения режима санкций видимо не прогнозировали, и может быть закладывались на санкционное сокращение поступлений в бюджет;
2) Если средства закладывались на покрытие прогнозируемого дефицита бюджета, то как-то маловат расход. С начала войны и до января 2023 израсходовали всего три триллиона, меньше четверти. А потом, с января по сентябрь 2023 ФНБ даже вернулся к довоенным значениям. Хотя и тут есть контр-возражение, что вполне возможно дефицит бюджета оказался меньше прогноза и вообще экономика неожиданно мало пострадала;
3) Если рост ФНБ - это рост "для войны", то что-то рано. Резервы были созданы к маю 2020, а война случилась только через полтора года. Возможно контр-возражение, что "уханька" помешала, но оно слабовато;
4) Наконец, финансовую подготовку к войне нельзя рассматривать в отрыве от международных резервов. ФНБ перед войной по размерам был в четыре раза меньше МР (160 млрд. долларов ФНБ против 630 млрд. долларов МР). За предвоенное время, с января 2019 по январь 2022, международные резервы выросли с 470 до 630 миллиардов долларов, более чем на треть. Это в полтора раза больший рост, чем рост ФНБ. Из международных резервов - 60% во "враждебных" валютах. Замораживание депозитов во враждебных странах несомненно прогнозировалось (это достаточно стандартное действие). В чём смысл наращивать резервы там, где их наверняка лишишься?

Тут хочется сказать вот что: принятие решения на войну это растянутый по времени процесс. Причём, точка невозврата на этом пути всего одна - "жребий брошен". Даже на берегу Рубикона Цезарь ещё мог повернуть назад и решить дело миром (правда, не очень приятным для себя). И по дошедшим до нас рассказам, он уже стоя на этом берегу, некоторое время колебался - переходить ли?

С точки зрения "семантики Крипке", в каждой точке пути до Рубикона у нас имеется большой набор возможных миров, в которых война не случилась. Но чем ближе мы подходим к Рубикону, чем глубже мы погружаемся в воронку, тем этих миров меньше и меньше. И на самом берегу их остаётся только два - мир в котором Рубикон перейдён, и в котором нет.

В конце концов, даже 21 июня 1941 года, немецкие войска могли получить два кодовых сигнала. Получив сигнал "Дортмунд" они переходили границу, как запланировано, 22 июня. Получив сигнал "Альтона" они оставались на месте.

Это я всё к тому, что решения такого рода не дискретны, они размазаны по времени. Сперва рассматривается возможность решить какие-либо политические задачи войной. Потом эта идея начинает разрабатываться, взешиваются "за" и "против", просчитываются разные варианты планов. Потом переходят к подготовке к возможной войне, под это дело выделяются ресурсы. Проводится дипломатическая и информационная подготовка. В конце этого пути начинается создание и развёртывание войсковых группировок. Однако, до самого момента перехода границы есть путь назад. И если вдруг обстановка изменится, то по этому пути и пойдут. И в этом смысле решение начать войну всегда неокончательно. Нет такого момента, про который можно было бы сказать - "всё, решение принято". Принятие решения - это процесс, а не момент.

Трамп обещал закончить войну на Украине "в 24 часа". Я с некоторым скепсисом смотрю на возможность исполнения этого обещания. Я не вижу у США инструментов давления достаточных для того, чтобы стороны сошлись на каком-то компромиссе. То, на что можно продавить Украину, недостаточно для Путина; то на что можно продавить Путина - недостаточно для Украины. Но вполне возможно, что скепсис мой происходит от непонимания реальной обстановки, и Трампу этот трюк таки удастся. Какие минимально возможные условия мира можно расценивать для Украины как победу? Победу в смысле "вот за это стоило воевать, вместо того, чтобы сразу сдаться / подписать Стамбульские соглашения на условиях РФ"?

Максимальные требования Украины - полный вывод войск РФ за границы 2013 года, членство в НАТО и выплата репраций, хотя и безусловно справедливы, но вряд ли достижимы. Шанс на достижение их военными средствами уже остался в прошлом, а на дипломатическом поле таких средств воздействия на РФ ни у Украины, ни у её группы поддержки никогда не было.

Максимальные недостижимы, да. А каковы же минимальные? Для малой державы, подвергшейся нападению большой, относительной победой можно считать сохранение суверенитета. Именно, то, что Финляндия сумела отстоять свой суверенитет в Зимней войне, при том соотношении сил, позволяет оценивать результат этой войны как финскую победу.

Если теперь посмотреть на требования Путина, которые он озвучил как условие прекращения огня, то там мы видим два пункта явно нарушающих украинский суверенитет: демилитаризация и денацификация. Если любое из этих требований будет закреплено мирным соглашением, то можно будет уверенно говорить, что Украина в этой войне потерпела поражение (пусть и не полное). Требование нейтралитета, конечно, тоже ограничивает суверенитет страны. Но в эпоху "баланса сил", к которой мы медленно возвращаемся, это допустимый компромисс, в случае если нейтралитет согласуется и гарантируется соперничающими силами. Баланс этих соперничающих сил обеспечивает малой державе достаточную независимость, с таким ограничением суверенитета можно мириться. Но навязанный нейтралитет без гарантий с обеих сторон - это уже потеря суверенитета. Если такое негарантированное условие будет в мирном соглашении, можно также говорить о проигрыше войны Украиной. Выполнение последнего требование из списка Путина - отвод украинских войск с территории четырёх регионов, об аннексии которых было объявлено, уже особо на баланс поражение / победа не влияет, но тем не менее слегка склоняет чашу в пользу поражения.

Всё, что лучше этого, можно (при имеющемся соотношении сил) считать победой. То, что сейчас описывают как "план Келлога-Флейца": прекращение военных действий по линии противостояния; Украина не принимает на себя никаких обязательств, кроме нейтралитета; РФ оплачивает восстановление Украины через тарифы на экспорт; санкции снимаются только частично; снятие основной массы санкций привязано к возвращению территорий - такое состояние было бы несомненной победой для Украины. Правда совершенно непонятно, как можно надавить на Путина, чтобы он с этим согласился.

В комменты приглашаются идиоты на парад.

Элиты: У нас пять золотых, так?
Народ: ...
Элиты: Пять на два не делится?
Народ: ...
Элиты: Попробуем разделить... На пять. Получается один. На.
Народ: Ты меня не путай.
Элиты: Ну когда мы тебя путали? У нас четыре золотых?
Народ: Четыре.
Элиты: Четыре на пять не делятся?
Народ: ...
Элиты: Вот мы себе эту не делящуюся половину-то и возьмём. Мы ж всегда рады служить.
Народ: Обманула... Да. Запутала. А-а-а-а!

ТРАМП И ПРОСТОНАРОДЬЕ



Как я уже много раз говорил - Трампа нужно слушать. Он уже в 1990 понимал свою силу. Надо отметить, что в 1990 он был всё ещё зарегистрирован как республиканец. Но, как видно из этой картинки, в тогдашней республиканской партии у Трампа шансов не было. Это была партия богатых и образованных, а вовсе не партия рабочего класса. Рабочих тогда окучивали демократы. Возможно это побудило Трампа сменить свою регистрацию на демократа в 2001 (опустим пока эпизод с "Партией реформ"). Однако, карьера в демократах у него особо не задалась. Он же был "консерватором", анти-либералом.



ПАРТИИ ПОЛЯРНЫХ ОТВЕТЧИКОВ

Олды, помнящие ФИДО, могут помнить и текст 1997 года Танец полярных ответчиков:



Наблюдение автора текста было сделано над долгими дискуссиями в ФИДО, но как видно из картинки, неплохо подходит и к американским партиям. Потому, что американские политические партии, это не партии идеи, а партии дискуссии. Ну а у дискуссии, как мы видим, свои законы. Диалектические. Примерно к концу президенства Обамы Демпартия окончательно потеряла свою прежнюю базу и двинулась покорять более образованных, а затем и более богатых избирателей.

Эту-то, брошенную демократами базу, и подобрал Трамп в 2016. Но уже в качестве республиканца. Собственно, именно то, что он мог мобилизовать брошенный демократами и никем не окученный электорат и позволило ему занять нынешнюю позицию в Республиканской партии, отчаянно нуждавшейся в голосах. Никаких других голосов, кроме голосов работяг "на рынке" не было, но неоконы, господствовашие тогда в Республиканской партии, не умели общаться с простонародьем. Трамп - умел. И знал это о себе ещё в 1990. Трамп доказал, что может собрать эти голоса, и тогда неоконы пошли лесом, докатившись в эту кампанию до поддержки Камалы Харрис.

В принципе тот же диагноз поставил и Бёрни Сандерс, сказав, что Демпартия потеряла рабочий класс. У него, правда, язык не повернулся проговорить кто же его подобрал.

В сторону хочу заметить, что партии, кружащиеся в "танце полярных ответчиков", как "Колесо смеха" центробежными силами выбрасывают из своих рядов тех, кто держится слишком далеко, от текущей линии партии, которая в этой метафоре играет роль центра "колеса". Из Республиканской партии вылетели неоконы, из демпартии люди типа Тaлси Габбард. Так происходит не только с партийными функционерами. Например, 2020 окончательно расстался с демократами я. В 2022 - Илон Маск. Чёрчилль в такой ситуации говаривал, что это не я покинул партию, а партия покинула меня.



ТРАМП И ГОЛОСА

И о голосах. Нужно держать в голове, что в штате Калифорния голоса считают diversity hires, на деревянных счётах, отчего там то сих пор не и посчитана четверь голосов. А Калифорния штат большой. Поэтому, когда вы слышите, что это не Трамп набрал голоса в 2024, а Камала их потеряла, и видите рассуждения типа "у Трампа 75 миллионов голосов, всего на 800 тыс. больше, чем на прошлых выборах, а у Камалы - 71 миллион, на 10 миллионов меньше чем у Байдена в 2020", то держите в голове, что примерно 7 миллионов голосов (в основном из Калифорнии) к этим цифрам ещё добавится. Распределиться они должны примерно 2:1, то есть 4,7 миллиона Камале и 2,3 миллиона Трампу. В итоге мы можем ожидать 77 миллионов за Трампа (+2 миллиона к 2020 году) и 76 миллионов за Камалу (-5 миллионов к 2020 году). В целом в этом году проголосовало примерно на 3 миллиона меньше человек, чем в 2020. Это те, кто не хочет голосовать за Трампа, но кому Камала противнее Байдена. Чума на оба ваших дома, говорят такие люди.

Эффект Трампа - двояк. Да, он мобилизует в свою поддержку столько избирателей, сколько Республиканская партия не видела со времён незапамятных. Но с другой стороны, его фигура легко демонизируется и помогает мобилизации избирателя противоположной стороны.

Надо также держать в уме, что голоса за Трампа автоматически не переносятся на других кандидатов от Республиканской партии. Например, в Висконсине Трамп набрал почти 1,7 миллионов голосов, обойдя на 30 тысяч. Камалу, которая набрала 1,67 миллиона. Столько же там получила демократка Тэмми Болдуин на выборах в Сенат. А вот республиканский кандидат в сенаторы собрал в Висконсине только 1,64 миллиона, на 60 тысяч меньше Трампа. Аналогично в Мичигане.

ТРАМП И ПОЛИТТЕХНОЛОГИИ



Трамп ведёт свои кампании в значительной мере на чутье, против господствующих теорий политтехнологий, как нам завещал Эдди Люттвак. Примером тут можно взять выбор running mate в кампании 2024 года. Теория гласит, что кандидат в вице-президенты должен "дополнять" кандидата в президенты, привлекая те группы избирателей, которые он "отталкивает", принося голоса, до которых кандидату в президенты не дотянуться. Трамп выбрал Вэнса, который по большому счёту работал на те же группы, что и Трамп. Т.е. не должен был бы принести ни одного дополнительного голоса. Однако, как мы видим, такой противоречащий теории выбор сработал. Деяния гения должны являться лучшим правилом, а теория ничего лучшего сделать не может, как показать, как и почему действовал гений.