Об исчислении потерь.
Jul. 4th, 2005 01:30 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
fat_yankeyТема людских потерь в Великой Отечественной одна из вечных тем. Несколько раз её пытались закрыть, выдав общественности «окончательную» цифру, потом открывали вновь, чаще всего увеличивая последнюю из «окончательных». Сегодня в прессе мелькают цифры общих людских потерь СССР в диапазоне от 20 миллионов (т.н. «брежневская» цифра), до 40 миллионов (порождение буйной фантазии Бориса Соколова).
Сам факт постоянного колебания «окончательной» цифры потерь зачастую используется в полемике как упрек всем властям от Сталина до Путина в нежелании считать отданные за Родину жизни, и, как логический вывод отсюда, в равнодушии к людскими судьбам. Но задача точного подсчёта сколько же жизней унесла война отнюдь непроста. С точностью до одного человека можно было бы подсчитать все «военные» смерти только если бы мы имели на руках сказочную «Книгу Судеб» - по ней можно было бы составить поименный список погибших и всем спорам конец. Увы, сохранившаяся статистика начала и середины XX века предсталяет собой очень слабую замену такой книги. И даже имея «Книгу судеб» на руках мы уперлись бы в размытость критериев отбора. Например, считать ли человека умершего от гриппа в войну жертвой войны? Вроде бы нет. А если учесть, что он умер в блокадном Ленинграде, и сильно недоедал, из-за чего его ослабленный организм не смог справится с болезнью? Тогда вроде бы да. То есть задача точного - до человека, - подсчета потерь просто нерешаема.
Вторым последствием колебаний «окончательных» цифр стало появление «фантазийных» оценок. Логика внедрения их в общественное сознание удручающе примитивна: сначала подопытные грузятся информацией от том, что точной цифры потерь до сих пор нет, что сначала нам говорили про 7 миллионов, потом про 20, теперь про 27, наверно и последняя цифра занижена, после чего выдается более или менее произвольная авторская оценка людских потерь. Кажется Бориса Соколова с его 40 миллионами пока еще никто не превзошел, но тут я вполне могу быть не вкурсе самых последних веяний.
Тем кто хочет верить в худшее, помочь уже нельзя, но те кто интересуется «а как дело было?» могут кое что извлечь и из известных фактов. Самый простой, но тем не менее эффективный, метод подсчета убыли это так называемый балансовый. По сути он устроен так же как школьная задачка о бассейне – в одну трубу втекает, в другую вытекает, что-то остается в бассейне. Если мы знаем сколько в «бассейне» было с самого начала, сколько втекло, и сколько осталось в конце, то посчитать сколько вытекло – задача не из самых сложных.
Такой расчет был произведен в 1991 Управлением демографической статистики Госкомстата СССР в ходе работы комиссии по уточнению числа людских потерь. Результаты работы комиссии опубликованы в книге «Россия и СССР в войнах XX века: Статистическое исследование.».– М.: ОЛМА-Пресс, 2001, сс.228-229. Давайте посмотрим, что же они там насчитали.
Итак, на 22 июня 1941 года население СССР комиссией было оценено в 196,7 миллионов человек. «Оценено», потому как последняя перепись проходила в январе 1939 г. И цифра на начало войны получена из результатов переписи скорректированных на число рождений и смертей за два с половиной года, с учетом также населения присоединенных территорий – Западной Украины и Белоруссии, Молдавии и Прибалтики. Второе балансовое значение – численность населения на 31 декабря 1945 года было определено обратным отсчетом от результатов переписи 1959 года, при этом были учтены изменения границ СССР и миграция населения. Вышло, что в конце 1945 года в СССР проживало 170,5 миллионов человек, из них 159,5 миллионов родившихся до 22 июня 1941 года.
Таким образом, за период войны СССР «похудел» на 37,2 миллиона советских граждан. Это общая убыль – сюда включены как люди умершие во время войны, так и люди по разным причинам оставшиеся после войны за границей. Но всю ли эту убыль можно отнести на счёт войны? Конечно нет, люди умирают и в мирное время. Если бы смертность оставалась такой же, как и в 1940 году, то за четыре с половиной года в СССР умерло бы 11,9 миллиона человек. Таким образом, на долю войны можно отнести не более чем 25,3 миллиона смертей. На самом деле даже несколько меньше – выше уже упоминалось, что общая убыль включает и людей оcтавшихся после войны за границей, главным образом невозвращенцев из числа остарбайеров. К этой цифре следует добавить еще детские потери – погибших и умерших детей, родившихся после 22 июня 1941 г. Превышение детской смертности в войну над смертностью мирного времени за четыре с половиной года даст нам еще 1,3 миллиона жертв войны. Всего, значит, 26,6 миллиона, округляя до целых – 27 миллионов.
Хочу еще раз обратить внимание – это верхняя граница возможных потерь, больше отнести на счёт войны просто невозможно. В 26,6 миллионов вошли не только солдаты погибшие на фронте или гражданские погибшие в тылу и в оккупации от немецких бомб, пуль и верёвок, но и все люди чей срок жизни оказался по разным причинам - голод, холод, болезни - короче, чем им было статистически отмеряно в мирное время. Посчитали здесь также и тех, кто был угнан на работы в Германию и по разным причинам после войны не вернулся на родину.
Цифра эта может быть скорректирована в ту или иную сторону, если удастся более точно определить граничные значения численности населения на 22 июня 1941 г. И на 31 декабря 1945 года, однако исходя из фактов которыми мы располагаем на сегодня, это наиболее точное значение. К сожалению, авторы исследования не опубликовали погрешность исходных цифр и метода, поэтому мы ничего не можем сказать о точности полученного результата. Обычно в подобных исследованиях точность гуляет около 10%.
Б.В. Соколов ЦЕНА ВОЙНЫ: ЛЮДСКИЕ ПОТЕРИ СССР И ГЕРМАНИИ, 1939-1945 ГГ.
Далее следует продолжение о сравнительных потерях вооруженных сил.
Сам факт постоянного колебания «окончательной» цифры потерь зачастую используется в полемике как упрек всем властям от Сталина до Путина в нежелании считать отданные за Родину жизни, и, как логический вывод отсюда, в равнодушии к людскими судьбам. Но задача точного подсчёта сколько же жизней унесла война отнюдь непроста. С точностью до одного человека можно было бы подсчитать все «военные» смерти только если бы мы имели на руках сказочную «Книгу Судеб» - по ней можно было бы составить поименный список погибших и всем спорам конец. Увы, сохранившаяся статистика начала и середины XX века предсталяет собой очень слабую замену такой книги. И даже имея «Книгу судеб» на руках мы уперлись бы в размытость критериев отбора. Например, считать ли человека умершего от гриппа в войну жертвой войны? Вроде бы нет. А если учесть, что он умер в блокадном Ленинграде, и сильно недоедал, из-за чего его ослабленный организм не смог справится с болезнью? Тогда вроде бы да. То есть задача точного - до человека, - подсчета потерь просто нерешаема.
Вторым последствием колебаний «окончательных» цифр стало появление «фантазийных» оценок. Логика внедрения их в общественное сознание удручающе примитивна: сначала подопытные грузятся информацией от том, что точной цифры потерь до сих пор нет, что сначала нам говорили про 7 миллионов, потом про 20, теперь про 27, наверно и последняя цифра занижена, после чего выдается более или менее произвольная авторская оценка людских потерь. Кажется Бориса Соколова с его 40 миллионами пока еще никто не превзошел, но тут я вполне могу быть не вкурсе самых последних веяний.
Тем кто хочет верить в худшее, помочь уже нельзя, но те кто интересуется «а как дело было?» могут кое что извлечь и из известных фактов. Самый простой, но тем не менее эффективный, метод подсчета убыли это так называемый балансовый. По сути он устроен так же как школьная задачка о бассейне – в одну трубу втекает, в другую вытекает, что-то остается в бассейне. Если мы знаем сколько в «бассейне» было с самого начала, сколько втекло, и сколько осталось в конце, то посчитать сколько вытекло – задача не из самых сложных.
Такой расчет был произведен в 1991 Управлением демографической статистики Госкомстата СССР в ходе работы комиссии по уточнению числа людских потерь. Результаты работы комиссии опубликованы в книге «Россия и СССР в войнах XX века: Статистическое исследование.».– М.: ОЛМА-Пресс, 2001, сс.228-229. Давайте посмотрим, что же они там насчитали.
Итак, на 22 июня 1941 года население СССР комиссией было оценено в 196,7 миллионов человек. «Оценено», потому как последняя перепись проходила в январе 1939 г. И цифра на начало войны получена из результатов переписи скорректированных на число рождений и смертей за два с половиной года, с учетом также населения присоединенных территорий – Западной Украины и Белоруссии, Молдавии и Прибалтики. Второе балансовое значение – численность населения на 31 декабря 1945 года было определено обратным отсчетом от результатов переписи 1959 года, при этом были учтены изменения границ СССР и миграция населения. Вышло, что в конце 1945 года в СССР проживало 170,5 миллионов человек, из них 159,5 миллионов родившихся до 22 июня 1941 года.
Таким образом, за период войны СССР «похудел» на 37,2 миллиона советских граждан. Это общая убыль – сюда включены как люди умершие во время войны, так и люди по разным причинам оставшиеся после войны за границей. Но всю ли эту убыль можно отнести на счёт войны? Конечно нет, люди умирают и в мирное время. Если бы смертность оставалась такой же, как и в 1940 году, то за четыре с половиной года в СССР умерло бы 11,9 миллиона человек. Таким образом, на долю войны можно отнести не более чем 25,3 миллиона смертей. На самом деле даже несколько меньше – выше уже упоминалось, что общая убыль включает и людей оcтавшихся после войны за границей, главным образом невозвращенцев из числа остарбайеров. К этой цифре следует добавить еще детские потери – погибших и умерших детей, родившихся после 22 июня 1941 г. Превышение детской смертности в войну над смертностью мирного времени за четыре с половиной года даст нам еще 1,3 миллиона жертв войны. Всего, значит, 26,6 миллиона, округляя до целых – 27 миллионов.
Хочу еще раз обратить внимание – это верхняя граница возможных потерь, больше отнести на счёт войны просто невозможно. В 26,6 миллионов вошли не только солдаты погибшие на фронте или гражданские погибшие в тылу и в оккупации от немецких бомб, пуль и верёвок, но и все люди чей срок жизни оказался по разным причинам - голод, холод, болезни - короче, чем им было статистически отмеряно в мирное время. Посчитали здесь также и тех, кто был угнан на работы в Германию и по разным причинам после войны не вернулся на родину.
Цифра эта может быть скорректирована в ту или иную сторону, если удастся более точно определить граничные значения численности населения на 22 июня 1941 г. И на 31 декабря 1945 года, однако исходя из фактов которыми мы располагаем на сегодня, это наиболее точное значение. К сожалению, авторы исследования не опубликовали погрешность исходных цифр и метода, поэтому мы ничего не можем сказать о точности полученного результата. Обычно в подобных исследованиях точность гуляет около 10%.
Б.В. Соколов ЦЕНА ВОЙНЫ: ЛЮДСКИЕ ПОТЕРИ СССР И ГЕРМАНИИ, 1939-1945 ГГ.
Далее следует продолжение о сравнительных потерях вооруженных сил.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2005-07-10 05:22 am (UTC)Кроме погрешности в переписи, есть еще погрешность в определении численности и динамики населения присоединеннных территорий, где перепись не проводилась, да и учёт там был не самым корректным.
Всё это естественно оказывает влияние на погрешность результата, но опять же не мне её вычислять - это работа демографов и статистиков, я могу только указать, что погрешность эта есть, но нам её почему-то не говорят.
no subject
Date: 2005-07-10 08:21 pm (UTC)