![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
fat_yankeyРоммель был пехотинцем. В Первую мировую он служил в пехоте на Западном фронте, воевал горным стрелком в Карпатах и Альпах. После войны командовал пехотным полком, был инстуктором в пехотном училище, написал книгу "Атака пехоты". Перед началом Второй мировой он командовал Führer-Begleit Battalion - батальоном охраны Ставки. К танкам, как нам сообщают его современники, он в то время относился скептически.
Поворот в его взглядах произвела Польская кампания. Увидев результаты реального применения нового оружия, он из скептика преврашается в пламенного адепта и решает стать танкистом. Близость рабочего места Роммеля к фюреру весьма поспособствовала сбыче мечт: ему, не командовавшему ничем большим, чем пехотный полк, дают сразу танковую дивизию. В командование 7-й танковой он вступает 12 февраля 1940 г.
На первый взгляд кажется удивительным, то, что танки под командованием пехотинца продемонстрировали на полях Фландрии успехи, заметные даже на фоне танков ведомых настоящими танкистами. Но нужно вспомнить, что основные принципы применения немецких танковых войск родились из тактики просачивания пехотных штурмовых групп Первой мировой. Роммель, даже одев генеральский мундир, осталстя в душе тем же комадиром штурмовой группы, каким он был при Капоретто. Впрочем, за Капоретто он уже получил вполне генеральский орден (Pour le Merite).
Так вот, принципы действия штурмовых групп просты - не оглядывайся на соседей, не заботься о флангах, быстро двигайся по линиям наименьшего сопротивления к ключевой точке позиции противника. Бой из линейного (фронт на фронт), завязшего в позиционном кризисе, становился двумерным, протяжённым в глубину и вновь обретал динамичность. Принципы были просты по формулировке, но применение их требовало от командира безошибочного чутья обстановки, инициативности и быстроты реакции. Роммель, командир вобщем-то суворовского типа, всем этим обладал в полной мере.
В полной мере и даже чересчур.
Во Фландрской кампании 7-я панцердивизия входила в танковый корпус Гота. Правым соседом дивизии Роммеля была 5-я танковая дивизия Хартлиба. 12 мая 1940 г. обе дивизии корпуса вышли к Маасу. К ночи Хартлибу удалось захватить плацдарм на западном берегу и начать переправку пехоты. В течении 13-го числа на тот берег переправились подразделения Роммеля, но переправа шла на лодках и паромах. 14-го мая из корпуса к месту переправы прибыл мостовой парк. Роммель, использовав всё своё искусство убеждения, добился от Гота того, что парк поступил в его единоличное пользование, и быстренько прекинул на западный берег свой танковый полк. Хартлиб, чтобы переправить свой средние танки, теперь вынужден был проситься к Роммелю. Тот пустил, но подчинил переправившиеся танки Хартлиба себе и использовал их для развития успеха своей дивизии, несмотря на отчаянные протесты соседа.
На следующий день, 15-го мая, путь корпусу преградила 1-я французская танковая дивизия. Тяжелые Char B1bis французов могли создать Готу немало проблем, но, на немeцкое счастье, они застали французов без штанов - в момент заправки. Надо отметить, что если у немцев процесс заправки был существенно распараллелен - каждый танковый экипаж заправлялся сам из выданных канистр с бензином, то французские танкисты вынуждены были стоять в длинной очереди к немногим автозаправщкам и процесс растягивался на долгие часы. Роммель первый столкнулся с французскими танками у Флавиона, но после непродолжительного боя ушёл по линиии наименьшего сопротивления на юго-запад, к Филиппсвилю, оставив честь боёв с французскими тяжелыми танками своему соседу Хартлибу.
Хартлиб, несмотря на то, что командовал танковыми соединениями с 1935 года, а вообще в подвижных войсках служил с 1922, не был особо талантливым танковым офицером. Но роммелевские подножки во Фландрской кампании явно отрицательно повлияли на его дальнейшую судьбу. 22 мая 1940 г. его сняли с командования дивизией и вывели в распоряжение ОКХ, а в восточной кампании сочли возможным доверить командование только пехотной дивизией.
Подставлял Роммель не только соседей, но и верховное командование. Когда 21 мая 1940 г. под Аррасом Роммель получил удар во фланг двумя английскими танковыми батальонами (88 танков из них 16 "Матильд"-вторых), ОКХ получило от Роммеля сообщение об атаке "сотен английских танков" и "пяти дивизий противника". Учитывая то, что верховное комадование уже числа так с 16-го было весьма обеспокоено фантомными угрозами на флангах, новости из под Арраса заставили их пережить несколько часов кошмара и, возможно, стоили фюреру десятка седых волос в усах.
Как бы там ни было, но стервец-Роммель был успешен и по итогам кампании вполне заслуженно получил грудь (вернее шею) в крестах. Служить с ним рядом или иметь под своим началом, однако, мало кому хотелось. Но и задвигать талантливого генерала под лавку было бы не по хозяйски. Выход вскоре был найден. В январе 1941 Роммелю присвоили генерал-лейтенанта, а в феврале дали под командование Африканский корпус и отправили в Африку, где он был уже сам себе голова и кроме итальянцев подставить никого не мог. Тaм он и проявил себя в полной мере.
Так и родился Лис Пустыни.
Поворот в его взглядах произвела Польская кампания. Увидев результаты реального применения нового оружия, он из скептика преврашается в пламенного адепта и решает стать танкистом. Близость рабочего места Роммеля к фюреру весьма поспособствовала сбыче мечт: ему, не командовавшему ничем большим, чем пехотный полк, дают сразу танковую дивизию. В командование 7-й танковой он вступает 12 февраля 1940 г.
На первый взгляд кажется удивительным, то, что танки под командованием пехотинца продемонстрировали на полях Фландрии успехи, заметные даже на фоне танков ведомых настоящими танкистами. Но нужно вспомнить, что основные принципы применения немецких танковых войск родились из тактики просачивания пехотных штурмовых групп Первой мировой. Роммель, даже одев генеральский мундир, осталстя в душе тем же комадиром штурмовой группы, каким он был при Капоретто. Впрочем, за Капоретто он уже получил вполне генеральский орден (Pour le Merite).
Так вот, принципы действия штурмовых групп просты - не оглядывайся на соседей, не заботься о флангах, быстро двигайся по линиям наименьшего сопротивления к ключевой точке позиции противника. Бой из линейного (фронт на фронт), завязшего в позиционном кризисе, становился двумерным, протяжённым в глубину и вновь обретал динамичность. Принципы были просты по формулировке, но применение их требовало от командира безошибочного чутья обстановки, инициативности и быстроты реакции. Роммель, командир вобщем-то суворовского типа, всем этим обладал в полной мере.
В полной мере и даже чересчур.
Во Фландрской кампании 7-я панцердивизия входила в танковый корпус Гота. Правым соседом дивизии Роммеля была 5-я танковая дивизия Хартлиба. 12 мая 1940 г. обе дивизии корпуса вышли к Маасу. К ночи Хартлибу удалось захватить плацдарм на западном берегу и начать переправку пехоты. В течении 13-го числа на тот берег переправились подразделения Роммеля, но переправа шла на лодках и паромах. 14-го мая из корпуса к месту переправы прибыл мостовой парк. Роммель, использовав всё своё искусство убеждения, добился от Гота того, что парк поступил в его единоличное пользование, и быстренько прекинул на западный берег свой танковый полк. Хартлиб, чтобы переправить свой средние танки, теперь вынужден был проситься к Роммелю. Тот пустил, но подчинил переправившиеся танки Хартлиба себе и использовал их для развития успеха своей дивизии, несмотря на отчаянные протесты соседа.
На следующий день, 15-го мая, путь корпусу преградила 1-я французская танковая дивизия. Тяжелые Char B1bis французов могли создать Готу немало проблем, но, на немeцкое счастье, они застали французов без штанов - в момент заправки. Надо отметить, что если у немцев процесс заправки был существенно распараллелен - каждый танковый экипаж заправлялся сам из выданных канистр с бензином, то французские танкисты вынуждены были стоять в длинной очереди к немногим автозаправщкам и процесс растягивался на долгие часы. Роммель первый столкнулся с французскими танками у Флавиона, но после непродолжительного боя ушёл по линиии наименьшего сопротивления на юго-запад, к Филиппсвилю, оставив честь боёв с французскими тяжелыми танками своему соседу Хартлибу.
Хартлиб, несмотря на то, что командовал танковыми соединениями с 1935 года, а вообще в подвижных войсках служил с 1922, не был особо талантливым танковым офицером. Но роммелевские подножки во Фландрской кампании явно отрицательно повлияли на его дальнейшую судьбу. 22 мая 1940 г. его сняли с командования дивизией и вывели в распоряжение ОКХ, а в восточной кампании сочли возможным доверить командование только пехотной дивизией.
Подставлял Роммель не только соседей, но и верховное командование. Когда 21 мая 1940 г. под Аррасом Роммель получил удар во фланг двумя английскими танковыми батальонами (88 танков из них 16 "Матильд"-вторых), ОКХ получило от Роммеля сообщение об атаке "сотен английских танков" и "пяти дивизий противника". Учитывая то, что верховное комадование уже числа так с 16-го было весьма обеспокоено фантомными угрозами на флангах, новости из под Арраса заставили их пережить несколько часов кошмара и, возможно, стоили фюреру десятка седых волос в усах.
Как бы там ни было, но стервец-Роммель был успешен и по итогам кампании вполне заслуженно получил грудь (вернее шею) в крестах. Служить с ним рядом или иметь под своим началом, однако, мало кому хотелось. Но и задвигать талантливого генерала под лавку было бы не по хозяйски. Выход вскоре был найден. В январе 1941 Роммелю присвоили генерал-лейтенанта, а в феврале дали под командование Африканский корпус и отправили в Африку, где он был уже сам себе голова и кроме итальянцев подставить никого не мог. Тaм он и проявил себя в полной мере.
Так и родился Лис Пустыни.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2006-03-13 05:32 pm (UTC)no subject
Date: 2006-03-14 01:35 am (UTC)Так что выходит? Я еще раз проверил боевой путь 7й Панцер по Франции, никаких трений у Роммеля с Готом не было. Не было и трений с фон Клюге. Так что недовольным мог быть разве что Хартлиб, да кто б его стал слушать? Роммель отчетливо в фаворе; он единственный комдив, который удостоился чести сопровождать фюрера целый день во время посещения фюрером фронта. По результатам кампании ему присваивают звание генерал-лейтенанта. Так что сдается мне, что ваш тезис об отправлении Роммеля в Африку как в почетную ссылку за некомандную игру высосан из пальца, уж простите.
Скорее, дело было в том, что первоначальный кандидат, фон Функ, после поездки в Африку подал чрезвычайно пессимистический раппорт. В результате, Гитлер ИМХО решил, что надо послать человека, способного творить чудеса, и как раз такой человек у него был.
no subject
Date: 2006-03-15 04:33 am (UTC)Ничего чрезвычайно пессемистического в рапорте Функа не было. Он посмотрел на итальянцев и 1 февраля доложил фюреру, что для спасения нужно послать сильное немецкое соединение способное к наступательным действиям. Выделенной лёгкой дивизии, по его мнению, было недостаточно. К его мнению прислушались и к 5-й лёгкой добавили 15-ю танковую.
Что же касается "высосанности из пальца", то тут вы преувеличиваете. Это конечно не доказанный факт, а всего лишь версия, но версия опирающаяся на конкретные факты биографии Роммеля. Можно еще добавить, что его в принципе не любили в ОКХ, вероятно как креатуру Гитлера (недаром он был единственный комдив ... и далее по тексту). Ну а фюрер всегда был рад сунуть цоссенцам булавку в задницу.
Впрочем, я тут с Гальдером согласен. Роммель был природный тактик, но обладал весьма посредственным оперативным мышлением. Что видно из всего хода африканской кампании.